Гаудеамус игитур. Глава 1.

1fc9bab703e15c929675f27eb59beee5

-О чем задумалась? – спросила Лидка.

— Сегодня интервью смотрела с Задорновым.

— Это который политик?

— Это который юморист. Коэльо ему, видишь ли, не нравится. Идея, говорит, есть у него, а языка нет. То есть, не может он эту свою идею подать красиво, литературно. Привел в пример Набокова, Маяковского. Помнишь:  «Лысый фонарь сладострастно снимает с улицы черный чулок» ? Сильный образ, конечно. Над ним надо медитировать, философствовать, получать эстетическое удовольствие от созерцания. Но жизнь – она же не такая. В том смысле, что в ней есть и мат и пошлость, и глупость и гадость. И куда это все деть? Пригладить – причесать?

— Чего это тебя сегодня на философию потянуло?

— Болезнь у меня такая, профессиональная. Если надеешься сбить меня с мысли, то зря. Смотри, собаки на улице сношаются, мама дочке говорит: «Отвернись доченька», мол, фу – кака. А чего отворачиваться? Природа так сама себя воспроизводит, жизнь так продолжается. Это же все гармонично.

— Вот и я Сереге говорю – не обязательно любить друг друга, чтобы спать вместе. Все это естественно, гармонично, как ты говоришь.

— Знаешь, ты конечно лихо теорию в практику переводишь,   — удивилась Лия её неожиданному кульбиту, — но по сути это тоже жизнь: секс имеет место в ней быть и без надлежащего романтического сопровождения. Как сказал один мой знакомый: «Идя к девушке, я беру две гвоздички и бутылку пива».

—  Почему две? Он чего, на похороны ходит? – хохотнула Лидка.

— Тьфу тебя. Некрофилия какая-то получается. Денег у него, наверное, на три не хватает, — позлорадствовала Лия, вспомнив о ком идет речь и радуясь очередной возможности поточить об него зубы. – С другой стороны, у человека смелости хватает признаться: «Вот, мол, иду к девчонке только за этим, в романтику не верю, да и не нужна она мне».  Сам не обманывается и других не обманывает.
— Слушай, — встрепенулась Лидка, — у меня тоже такой есть! Ну, который меня не обманывает. Когда мне надо, я ему звоню, мол, есть пара минут?

— Почему пара? Коэльо, например, убеждает, что этих самых минут нужно ну как минимум одиннадцать. Это если по-быстрому. – Лия хихикнула.

— Чего ты к словам придираешься? — одернула меня Лидка, — Смысл-то ясен. В общем, минутки-то эти у него всегда есть. Так, раза четыре в месяц встречаемся. Я эти дни в календарике крестиком отмечаю.

Поймав удивленный взгляд подруги, она продолжила:

— А чего ты так смотришь? Зато мне, во-первых, не надо с высунутым языком бегать – парня себе искать, когда приспичит; во-вторых, он чистоплотный и не болеет ничем, — это я точно знаю; в-третьих, все делает как надо. Плохо что ли?

 

— Я хотела спросить, зачем ты крестики в календарик ставишь, — начала Лия, но Лидка сменила тему:

— О чем он еще-то говорил?

— Кто говорил? Твой или мой? Ты чего-то совсем меня запутала.

— Да Задорнов твой о чем еще интересном говорил?

— Он не мой…- Лия уставилась в пол и о чем-то глубокомысленно задумалась. – Говорил о том, что чтобы убежать от страха смерти надо просто много и усердно работать.

— Оговорочка по Фрейду?

— В смысле?

— Во-первых, он утверждает, что от этого страха надо бегать, а во-вторых, и это просто очевидно, что он сам очень усердно от него бегает. Также усердно, как и работает.

— Да меня не это зацепило…

— А что?

— Понимаешь, когда человек много и упорно…то он мало чего соображает. Даже если работа ему нравится. Он просто кроме ее родимой ни о чем соображать и не способен. – Лия прикурила очередную сигарету. – Такого же обширного отключения мозга можно добиться просто сидя за компьютером с утра до вечера и играя в какую-нибудь очень увлекательную игру.

— Вроде чего-то делаешь, а мозг в ауте, ну в смысле атрофируется?

— Ну да.

В умывалку зашел Паша.

— Какие планы на вечер?..

 

Он подошел неслышно, но боковым зрением, а скорее – всем своим существом, Лия почувствовала, что он стоит сзади.

— Ты снова пишешь?

— Вроде того. – Ей хотелось спрятаться, словно котенку, который утащил со стола лакомый кусочек колбасы, и в тоже время, она гордилась тем, что постепенно возвращается к жизни.

Он словно прочитал её мысли:

— Меня радует, когда ты пишешь. Как будто ты очень долго болела, а теперь выздоравливаешь.

— Может и так…, — задумчиво проговорила  Лия, — может и так…

— Это что-то старинное?  — он уже пробегался глазами по тексту, слегка массируя Лие  плечи, которые всегда затекали от долгого сидения за компьютером. – Я не видел этого в ворохе бумаг на твоем столе. И это не то, что мы последнее время так много обсуждали.

— И да — и нет. Давай пока не будем. — Лия явно не хотела это обсуждать сейчас, и Марк это почувствовал.
— Хорошо. — Он улыбнулся, чмокнул е в кончик носа и ушел таким же почти неслышным шагом, каким и вошел в комнату.

Лия открыла ящик стола и начала копаться в многочисленных блокнотах, разных форм, размеров и цветов. Наконец — выудив один из наиболее старых — она торопливо начала его листать. На одной из страниц она, наконец, нашла то, что искала.

Набирая номер, она чувствовала, как сердце учащенно бухает — столько лет прошло. Номер мог измениться миллион раз. Да и домашними телефонами сейчас мало кто пользуется. Она почти готова была положить трубку и оставить эту затею, но сонный голос вдруг ответил ей на том конце провода:

— Алло…Алло!!!

— Лида? — неуверенно спросила Лия. — «Столько лет прошло. Что за глупая идея пытаться вытащить прошлое за хвост» — Лия уже мысленно ругала себя.

— Да!  — голос звучал все еще сонно, вероятно из — за разницы во времени, — но уже заинтересованно. Ночной звонок — неприятная штука, но кто может звонить в такое время еще и на стационарный телефон???

— Лидка! — Лия волновалась и не могла скрыть этого. Она расхохоталась в трубку! — Лидка  — это Лия! Ты меня слышишь? Ты слышишь меня?

— Лидка? Как? Откуда ты? Ты чего  — днем не могла позвонить? — Лида была словно и рада, и не рада этому звонку одновременно.

— Ты спишь? Прости.  Я знала. Но мне надо было обязательно тебя услышать. Понимаешь — обязательно. Я могу перезвонить завтра. В какое время тебе удобно? Просто надо было….Надо…

— Давай завтра вечером поболтаем. После работы.

Лия мысленно прикинула сколько это будет по Москве.

— Да, да, конечно. Я наберу тебя завтра. Завтра, — уже тихо и почти спокойно проговорила она и отключилась.

Теперь у нее была спокойная уверенность, что она, наконец, сможет во всем этом разобраться. Сможет ответить на те невероятно важные вопросы, которые появились и так остро обозначились в ее жизни за последний год. Вопросы — на которые пока никто не мог ответить.

Глава 2.

 

 

 Другие книги автора.

Похожие статьи

Гаудеамус игитур. Глава 2.
2017-04-09 01:47:19
[…] Глава 1. […]