Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 5.

Приходит время и наши границы становятся нашими стенами. Мы построили их осознанно и внутри них создали себе красивый и интересный мир. Мы сами определили, что нам нравится или не нравится, хотим или не хотим (вместо можно или нельзя), возможно даже выстроили свою систему этики — причем скорее всего на основе каких-то базовых общих категорий, не имеющих отношения к «добру» и «злу» и «хорошо» или «плохо», а уже к тому, как мы видим и воспринимаем этот мир. Потому что теперь мы можем его познавать, узнавать, вглядываться в него. Внутреннее пространство мы структурировали уже под свой вкус и свои потребности: повесили шторки, постелили коврик, укрепили ночничок.

Кирпичики для стен, однако, брали из подручного материала — того опыта, который все это время складывался. Опыт бережно структурировали в выводы (карты), выводы укрепляли новым опытом, находя тенденции и правила. Последние вырастали постепенно в законы. И вот, наконец, и готов наш замок. Он крепко структурен изнутри и, что самое интересное, — мир снаружи определяется формами окон замка. Ну просто что-то видно в окно, а что-то ведь нет. То, что не попадает в окно, — его вроде как бы и нет. Ведь как знать то, что не увидено, как непосредственная данность? И мир получился очень маленьким, совсем маленьким. Он состоит из маленьких видов из окон, которые, даже будь они большими, — от самого пола до самого потолка, все равно не дают нам полноту обзора.

Не общаюсь с женатыми мужчинами» — и вот уже окошко сужается. «Не ношу такую одежду» — еще Уже. «Не говорю об абстрактных вещах». «Не верю тому, что не могу потрогать». «Не принимаю общение без цели или умысла». — И вот оно совсем маленькое. И вид из него становится все более унылым.

На воротах замка стоит часовой. Он точно отмеряет, чтобы количество пронесенного в замок было равно количеству вынесенного. Это называется «баланс». Потому что если выйти из замка и бродить долго, то можно устать очень сильно или вообще упасть замертво. Или если все из замка раздать, то обязательно умрешь от голода и отсутствия продовольствия. Но меняться хочется, жутко хочется, тут ведь столько накоплено в замке внутри ценного барахла. И именно меняться, потому как за что и для чего раздавать просто так? Нам вроде никто и ничего просто так не давал.

А раз меняться хочется, а в замке нас вроде никак не видно, все равно пробуем выходить. Бывают порой удачные выходы, когда мы встречаем Другого. Он тоже выбирается иногда из своего замка. И первая встреча обычно коротка. Потому что нам кажется, что у него в кармане нож, и он что-то замышляет. Где же это видано, чтобы просто так люди бродили да встречались. И мы обычно в панике сбегаем. Не успев даже заметить, что тот, Другой, он в такой же панике бежит от нас, потому как тоже думает, что у нас в кармане может что еще и похуже, например граната.

Отдышавшись же и успокоившись за привычными стенами, мы жалеем почти сразу же об этом бегстве. И вроде как немного подрастаем над собой, начиная верить, что Другой может быть иным, и что все-таки, наверное, с ним можно разговаривать. И мы снова выходим наружу, уже ищем его, ждем, даже начинаем немного говорить, но вот он резко и неудачно дернул рукой, и мы снова пускаемся в бегство.

Редкие же минуты истинных встреч запоминаются нам как чудо. Видимо, такая была необычна погода, или ветер дул с запада, что так случилось. Так, что, встретившись, мы вдруг забыли про себя и стали просто слушать. Без попыток приложить свои карты, или дать свой опыт. Просто выдвигая все свое внимание вперед, в этого Другого, внимание как полное принятие, как искренний интерес. И уже не чтобы меняться, а просто. Просто так. Потому что интересно. И тогда мы, — как некий набор стен, — уже не существуем в ту секунду, мы — пустое пространство, в котором каждое слово Другого отзывается гулким эхом. И, наблюдая его, мы вдруг слышим, на самом деле слышим, что он говорит. И мы переспрашиваем его все время, потому что карты случайно оставили дома (погода же непривычная выдалась) и нам не с чем сравнивать его слова. И приходится постигать их заново. И узнавать в них не один единственно возможный смысл, а миллионы оттенков и смыслов, до которых мы раньше и додуматься-то не могли.

И, возвращаясь снова в свой замок, мы вдруг через несколько дней понимаем, что вот там, в ту секунду и тогда, было что-то самое правильное и настоящее, без чего на нас накатывает беспричинная тоска. И чем больше этой тоски заползает в наше сердце, тем больше наш замок кажется нам нашей тюрьмой. Коридоры – темными и затхлыми, а лампы – тусклыми и чадящими. И мысль о побеге оттуда посещает нас все чаще и все неотвратимее.

Бойтесь этой мысли! Это самое страшное, что может быть в вашей жизни! Потому что, как только вы себе в ней признаетесь, как только произнесете вслух, вас услышат, обязательно услышат, и однажды утром вы проснетесь от яркого солнца, слепящего вам глаза. Потому что кто-то нагло и бесцеремонно выбил самый нижний кирпич одной из стен (или тихонько и аккуратно разобрал часть стены, пока вы безмятежно спали), и такой необузданный, непредсказуемый и непостижимый Мир ворвался прямо к вам в спальню. И вы, взлохмаченный и испуганный до ужаса, смотрите, как медленно, но бесповоротно осыпаются стены. Стены того, что вы так долго и усердно строили. И вы еще так далеки от того, чтобы видеть в нем помощь, а не разрушение. От того, чтобы сказать ему возможно первое искреннее за всю свою жизнь СПАСИБО.

Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 4.

Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 6.

Похожие статьи

Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 4.
2017-07-29 01:05:54
[…] Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 5. […]
Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 6.
2017-08-20 20:25:11
[…] Увидеть другого. Психологическое эссе. Глава 5. […]